Конструируя сексуальность: секс и сексуальность трансгендерных людей

Автор: Егор Бурцев, клинический психолог

Кто регламентирует сексуальность?

Обращаясь к своему опыту формирования сексуальных предпочтений, большинство людей так или иначе упоминают социальные факторы. Говоря же о том, каким образом оценивается так называемый «идеальный секс», без обращения к социальному дать ответ невозможно. Кто и когда говорит нам о том, когда пора начинать сексуальные отношения? Кто говорит, какой секс правильный, а какой нет? С кем предпочтительно строить отношения? Какие сексуальные позы «правильные» и какие части тела нужно задействовать в сексуальных отношениях? Ответы на все эти вопросы обильно, через СМИ, маркетинг, институты здравоохранения и в частных беседах, — выдает нам общество. Оно же активно указывает на то, какой секс допустим, разрешен, а какой запретен: например, сексом разрешено заниматься только гетеросексуалам, при этом гомосексуальный секс считается грязным и по сути – запретным; секс ограничен рамками семьи (а точнее – «союза мужчины и женщины»), в идеале – как средство воспроизводства себе подобных; репродукция допустима также исключительно в этих союзах (у ЛГБТИК+ детей быть не должно!) и т.п.

Норма и девиация

На вопрос «откуда вы узнали о своей ориентации?» большинство гетеросексуальных людей просто пожимают плечами: знали об этом всегда. Но откуда? Вероятно, когда-то родители сказали своим детям, что считается правильным, а что нет, кого любить и с кем строить союз. Вероятно, общественный дискурс укрепил эти представления, а социальные запреты усилили убеждение. Об осознанном понимании себя, своей сексуальности, идентичности и ее становлении чаще говорят не гетеро- и цис-, а гомо-, би-, поли-, транс-, небинарные и другие люди. Ведь для того, чтобы сформировать свою, отличную от социально принятой, идентичность, им пришлось пройти по пути осознания, принятия, деконструкции и воссоздания собственной сексуальности, зачастую совершенно уникальному.

Итак, «нормальным», принятым и одобренным обществом, становится относящееся с гетеро-ориентации и цис-идентичности. «Девиацией» становится то, что отличается[i]. Сексуальность измеряет свою «нормативность» отстраиваясь от гетеро- и цис-. Даже будучи маленьким ребенком, ощущая свою отличность, ребенок в первую очередь осознает свою «ненормальность», зачастую пытаясь ее скрыть или замаскировать под общепринятую. Тем самым формируя на долгие годы чувство вины за свою сексуальность, гендерное выражение, зачастую – чувство собственной неполноценности, ведь речь идет в первую очередь об идентичности, признаваемой обществом «ненормальной».

Каким же образом измеряется идентичность? В пространстве идентичности существуют Я и Другой. И только этот Другой может назвать меня «девиантным» (не соответствующим норме). Этот Другой может указать, что во мне и моей сексуальности не так, может подсказать, как это можно исправить (стать таким, как все, например, отказавшись от своих предпочтений, а по сути – своей идентичности). Таким образом в сфере сексуальности формируются отношения власти (см. труды Фуко). Можно сказать, что идентичности конструируются социально. Человек социализируется, практикуя идентичность через тело, язык, одежду, действие и пространство.

Эссенциализм и социальный конструктивизм

Взглянуть на сексуальность под разными углами можно, изучив кардинально противоположные в точке взгляда на нее подходы, которые практикуются разными исследователями и философами: эссенциалистский и конструктивистский.

По мнению эссенциалистов, сексуальность объективна, статична и является неотъемлемым аспектом отдельных существ. Конструктивисты заявляют, что сексуальность непрерывно конструируется и реконструируется через социокультурные процессы и практики.

Эссенциализм (на позициях которого, кстати, стоят многие российские политики, маркетологи и медики) утверждает:

  • что есть явные различия между мужчинами и женщинами;
  • сексуальность взрослых — результат универсальных переживаний детского опыта;
  • генетика, гормоны и др. биологические факты лежат в основе сексуальных практик.
  • «Сексуальные феномены находятся внутри человека»[ii]

Через подчеркивание неотъемлемых аспектов сексуальности эссенциалисты заявляют, какие сексуальное поведение и идентичность считаются нормальными и законными. Соответственно, эссенциалисты четко разделяют те самые «норму» и «патологию», за пределами которых в ход идут социальные санкции, карающие «девиантных» и одобряющие «нормативных».

Конструктивисты же заявляют:

  • Социальные процессы и практики формируют наше понимание сексуального тела, сексуального поведения и сексуальной идентичности.
  • Сексуальные феномены являются внешними по отношению к человеку, определяемыми через дискурс.
  • Сексуальность текуча, не «естественна»[iii].

«Мы рождаемся с телами, но именно общество определяет, какие части тела и какие удовольствие и действия сексуальны» (Сейдман, 2003).

Что это значит? Через социальные практики, зачастую незаметные для нас, поскольку ими пронизана вся наша жизнь, общество определяет, что в нашей сексуальности приемлемо, что нарушает некую общепринятую нормативность, а что отвратительно и требует санкций и запретов. Поскольку мы погружены в социальный мир, наши представления о сексуальности неразрывно связаны с общественными представлениями. Точно так же и наше тело, рассматриваемое с позиций сексуальности, оценивается обществом и нами в неразрывной связи. Мы знаем, что в нашем теле и его проявлениях ободряется обществом, что кажется обществу неприятным, а что незнакомым, чуждым и даже отвратительным. Мы видим эти оценки общества в СМИ, социальных сетях, беседах и взаимодействии с сексуальными партнерами. Мы замечаем и переносим эти реакции на собственное отношение к своему телу и телам окружающих.

Фуко писал что сексуальные идентичности порождаются дискурсом и властными отношениями, а не биологией. Причем эта идентичность формируется не только личными решениями, но и ожиданиями и наблюдением со стороны более широких институтов и норм, что человеком ощущается уже на уровне тела. Сексуальность перестала быть «предметом домашнего обихода». Ненормативные формы сексуальности ушли в подполье и стали маргинализированными, неуместными, не признаваемым, отмененными.

В качестве примера можно привести вопросы, на которые даже специалисты в сфере гендера не всегда находят ответы: какой ориентации становится мужчина, если его партнер совершил трансгендерный переход и является теперь мужчиной? А что может сказать о своей ориентации цисгендерный партнер небинарной персоны?

Вот почему именно через призму трансгендерности удобно взглянуть на сексуальность как конструкт. Именно такой ракурс демонстрирует социальную нормативность и ее разрушение, когда речь идет о нетипичной сексуальности или об отделении сексуальности от гендера в определении сексуальных предпочтений человека.

Гетеро- и циснормативность

Гетеро- и циснормативность закреплена в обществе, оставляя другим вариациям гендера и сексуальности лишь маргинализированность. Цис-, гетеронормативности исключают (делая невидимыми и/или порицаемыми) иные формы проявлений сексуальности и гендера. Через призму цис- и гетеронормативности рассматривается множество вопросов: начиная от медицины и заканчивая индустрией одежды. Например, фактически не выпускается мужская обувь 38 размера, считается, что нога мужчины может быть не менее 39, чаще – 40 размера. При этом невысоких мужчин не так мало, а трансгендерные мужчины зачастую носят обувь именно небольших размеров. Что касается медицины, то трансгендерные мужчины не могут получить помощь гинеколога, т.к. такая услуга не вписана в их страховку, привязанную к мужским документам. В области сексуальности считается «неестественным» наличие пениса у женщины и вагины у мужчины. То есть понятия «женского пениса» не существует, что обычно трактуется как «мужская часть на женском теле» и т.п.

С гетеро- и циснормативностью трудно поспорить, ведь так было «всегда» (конечно, это заблуждение). Нормативность вводит «репродуктивный аспект» как обязательный для всех и делает невидимыми другие варианты гендера и сексуальности (ставка на исключительную нормативность стирает, «отменяет» другие варианты и вариативность как таковую вообще). Стыд и отвращение, проецируемые обществом на незнакомое, отличное, нецис- и негетеро-люди проецирют на себя и часто живут с этим ощущением всю жизнь (развиваются внутренняя гомо-, транс-фобия и т.п.).

Сексуальность трансгендерных людей

Чтобы говорить о сексуальности трансгендерных людей изначально с позиции,  исключающей стереотипные представления, важно вспомнить определение сексуальности (Всемирная Организации Здравоохранения (2000 г.).  Итак, сексуальность:

  • стержневой аспект человеческого бытия на всем протяжении жизни;
  • включает в себя пол, гендерные идентичности и роли, сексуальную ориентацию, эротизм, удовольствие, интимность и репродукцию;
  • переживается и выражается в мыслях, фантазиях, желаниях, верованиях, установках, ценностях, поведениях, ролях и отношениях;
  • зависит от взаимодействия биологических, психологических, социальных, экономических, политических, культурных, этических, правовых, исторических, религиозных и духовных факторов.

Важно отметить, что не все трансгендерные люди испытывают дискомфорт от взаимодействия со своим телом и от того, каким образом оно выглядит. Однако большинство транс*людей имеют определенный опыт столкновения с мнением социума относительно того, как «должно» выглядеть их тело. Общественный дискурс, привыкший мыслить категориями цис- и гетеронормативности, приписывает трансгендерным людям обязательное отвращение к собственному телу, желание прийти к циснормативной матрице «мужского-женского» и стремление сделать свое тело максимально идентичным цис-телам. Именно так работает цис-нормативность.

Что же касается сексуальности, то здесь гетеронормативная матрица начинает рушиться на этапе понимания того, с кем могут заниматься сексом трансгендерные люди и могут ли они это делать вообще (трансгендерная сексуальность может изначально определяться как «извращение»).

То же относится к телу: рассматривая трансгендерные тела во всем их многообразии, невозможно трактовать их в схемах «стандарта – отклонения» (как и все другие тела). Мы предлагаем использовать «конструкт тела» при описании структуры, особенностей и взаимодействий трансгендерных тел. В рамках психологических исследований растет понимание того, что образ тела субъективен и уязвим для социального влияния. Образ тела социально сконструирован, а не биологически задан, поскольку телесные характеристики неоднозначны до тех пор, пока им не будет дана оценка обществом[iv], [v].

Социальный дискурс относительно транс-тел приписывает им ярлыки «неправильных», «нездоровых». «Нездоровое тело» порождает представление о «нездоровом» разуме, «неправильном» мышлении. Такое мышление может вызывать отвращение к транс-телам, сексуальности трансгендерных людей, лишая их своеобразия и красоты, стирая и отменяя их.

Вот что говорит трансгендерный мужчина о своем теле в исследовании, проведенном нами в 2019 г.: «Сильный стыд из-за тела вплоть до отказа. Потому что несколько раз повторялась ситуация, когда после секса возбуждение проходило и появлялось сильное отвращение. Теперь я отказываюсь от вагинального секса в роли принимающей стороны. Анальный секс такой дисфории не вызывает, но им не могу заниматься из-за здоровья». Представление о своем теле как «неправильном», «ненормальном» усваивают и сами транс-люди, особенно часто это касается гендерированных частей тела – например, пениса, вагины, молочных желез.

Общественное представление о теле транс*человека как «неправильном» порождает и ожидания транс*человека от сексуальных контактов как от опасных, травмирующих. Вот еще несколько цитат:

  • «Мое тело воспринимают только извращенцы».
  • «Мне страшно напугать девушку тем, что вместо ожидаемого пениса она увидит вагину».
  • «Моя девушка говорит, что ей все равно, какие у меня половые органы, но я почти уверен в том, что ей не нравится вагина на теле мужчины».
  • «Мне говорят, что глупо делать орхэктомию и вагинопластику. Ведь, по их словам, я могу заинтересовать партнера только тем, что у меня есть член».

Сексуальная ориентация трансгендерных людей также довольно сложно анализируется через стандартные схемы. Транс* люди разнообразны по своей сексуальной ориентации и идентичности, могут иметь влечение к мужчинам (андрофилия) или к женщинам (гинефилия), к обоим (бисексуальны), ни к кому (асексуальны), всем гендерам (пансексуальны) и т.п.

Популяционные исследования показывают, что существуют более высокие показатели негетеросексуальной ориентации среди транс*людей. Во многом это бывает связано с пересмотром отношения к своему телу, гендерному опыту, своей сексуальности на протяжении жизни.

В целом среди трансгендерных людей доля тех, кто удовлетворен своей сексуальной жизнью, ниже (27-44% по сравнению с 46,8% среди населения в целом). Доля неудовлетворенных выше (27% -39%  по сравнению с 20,8% в общей популяции) (данные Нидерландов).[vi]

Часть транс*людей отказывается от секса из-за недовольства своим телом даже после проведенных операций и гормонотерапии. Зачастую это связано с тем, что тело «не дотягивает» до идеального образца. Иногда отсутствие полного набора операций делает невозможным для человека вступать в сексуальные контакты. Иногда неудачные последствия операций, шрамы, спайки делают сексуальные контакты неприемлемыми для человека. И даже если все хорошо, человек может испытывать дискомфорт от необходимости рассказывать партнеру о своих особенностях: выбирать врать или говорить честно. Даже мысли о подобных попытках могут заставить трансгендерного человека отказаться от попыток таких контактов из-за ожидания травмирующих разговоров о своей телесности, вступления в сексуальные контакты и страха их последствий.

Принятие тела. Изменения

Транс*люди после гормональных/хирургических изменений либо психологического принятия своего тела зачастую кардинально меняют свои ощущения относительно него. У них возникает желание демонстрировать его партнеру, иногда и через вебкам или даже снимаясь в эротических/порнофильмах. Трансгендерные люди говорят, что тело наконец начинает соответствовать их ожиданиям и представлениям о себе, и им очень важно получать подтверждение со стороны общества, укрепляющее их в принятии собственного тела. Возникает также желание ощупывать, предлагать, демонстрировать свое тело. Меняются/расширяются сексуальные практики (например, некоторые транс*мужчины начинают заниматься вагинальным сексом, другие используют секс-игрушки, вовлекаются в различные сексуальные практики, в числе групповые, и т.п.).

Случается и такое, что, уходя в «вынужденную асексуальность», не в силах вступать в сексуальные отношения по причинам телесной, гендерной дисфории и т.п., транс*люди зачастую придают большее значение романтизации отношений. Не будучи сосредоточены на сексуальной стороне жизни, они способны быть верными партнерами, любить платонически и выстраивать отношения на основе различных вариантов близости. Транс*люди иногда практикуют тройственные и более союзы, практикуют БДСМ и различные варианты сексуальных отношений и практик, в том числе полуигровые или не предусматривающие проникновение.

Заключение

Сексуальное наслаждение – один из важных показателей качества жизни. Трансгендерные люди сталкиваются со сложностями как в реализации сексуального поведения (тип и частота сексуальных действий), так и сексуального желания (удовольствия). Опыт трансгендерного человека напрямую связан с сексуальной ориентацией, гендерной идентичностью и образом тела.

Некоторые трансгендерные люди проходят через хирургические операции и гормонотерапию, которые меняют их эндокринологические (внешние) и половые характеристики, что сказывается на сексуальной стороне жизни. При этом трансгендерные люди практически лишены доступа к сексологической и иной помощи в сфере сексуальной жизни.

Мы призываем специалистов сферы сексуального здоровья активно вовлекаться в исследования и помощь трансгендерным людям. Это необходимо самим транс*людям, так как на данный момент найти сескологическую помощь для них практически не представляется возможным.


[i] Sara L. Crawley, K. L. Broad «The Construction of Sex and Sexualities», in Handbook of Constructionist Research, J.A. Holstein & J.F. Gubrium, eds. (New York, The Guilford Press, 2008), pp.545-566.

[ii] Studyguide for Understanding Human Sexuality by DeLamater, Hyde.

[iii] Seidman S., The social construction of sexuality. New York: Norton, 2003.

[iv] Connell, R. (1995). Masculinities. Berkeley: University of California Press.

[v] Malson, H. and Ussher, J. (1994a) Bod y poly-texts: An analysis of discursive constructions of ‘the anorexic body’. Paper presented at the Women and Psychology Conference (July 1994) Nottingham University, Nottingham.

[vi] Skevington, S. M., Lotfy, M., & O’Connell, K. A. (2004). The World Health Organization’s WHOQOL-BREF quality of life assessment: Psychometric properties and results of the international field trial. A report from the WHOQOL group. Quality of Life Research, 13(2), 299-310.

Вы - трансгендерный человек? Станьте частью нашей команды? Присоединиться
Пациентская организация трансгендерных людей © Все права защищены. 18+